Злостный_флегматик
Я не амбидекстр, я только учусь!
несколько низкорейтинговых драбблов по ЦС :)
вообще по ЦС у меня много чего, суммарно фиков двадцать пять-тридцать, если не считать нигде не выложенных. но все они в один пост однозначно не влезут. :)

Название: Кукловоды
Автор: Злостный_флегматик
Фандом: Цена Свободы (Freedom Cost / Price of Freedom)
Размер: ~450 слов
Пейринг/Персонажи: Джейн/м!Перо, Джон/Дженни
Категория:гет
Жанр: драма, проблеск романса
Рейтинг: G — PG-13
Предупреждения: лёгкий фемдом

Повседневность с Дженни проста: Дженни смеётся, Дженни задумчива — правда, ненадолго, — Дженни просит что-то найти. Может, она сама не знает, что именно ей нужно, но просьбы не кончаются никогда. Впрочем, Перу выполнять их почти в радость — Дженни благодарит искренне, с милой улыбкой, и уже размышляя, что же можно сделать с найденным предметом. Но и закавыка-то в том, что так благодарит она всех, причём Перо — скорее от привычки, чем потому, что действительно хотела улыбнуться и сказать спасибо этому человеку, который в иерархии Дома человеком почти не считается. Может, это "почти" её и провоцирует, даёт ей понять, что Перо — не просто инструмент?

Как бы то ни было, она делает неправильно. Все эти знаки внимания, ненужное участие и забота — неправильно и неестественно. Так не должно быть. Сам порядок дома, его общественный строй об этом говорит. Дженни не должна фактически силой — а на самом-то деле обаянием — втаскивать Перо в жизнь Дома, знакомить с лидерами фракций, ненавязчиво и необидно показывать, что и как делать, чтобы не покинуть Дом в состоянии трупа. Перо не должен слушать её и принимать помощь, потому что порой кажется, что Дженни и не хочет ничего посоветовать и просто так просит прийти на кухню, едва найдя удобный повод.

В Дженни — странная изюминка власти, погребённой под угловато слепленной памятью. В ней живёт свой собственный кукловод, куда как более расчётливый, чем тот, что сидит по другую сторону камер. Дженни знает, что Перо не может не прийти — слишком привык, что им управляют и помыкают. Слишком привык к своей роли универсального помощника.

Для Дженни эта странная недо-близость — всего лишь игра. Для Пера — ночной стыд, дневное смущение и растерянность, робкая мысль, что всё это — и впрямь всерьёз, и впрямь для него. И чересчур нежные улыбки, и бьющая через край заботливость, и неподдельная привязанность, и истинное принятие таким, какой он есть. Дженни несложно, а Перу даже не приятно — он уже готов падать к её ногам и плакать от восторга.

Кульминация тем временем близится: Кукловод разговаривает с Дженни гораздо более раздражённо, та тоже не молчит. И вечно просит (требует?) принести то странную верёвочку с пуговицей, то испещрённую белыми сгибами старую открытку, то ещё что-то из разряда романтического и давно забытого.

И наступает день перелома.

Дверь в кухню закрыта, как ни стучи; практически ощущается пустота взгляда камер. Кукловод, похоже, отключил все динамики, и теперь его нельзя ни о чём спросить. А Дженни пропала, и Перо даже знает, куда.

Крики за запертой дверью нарастают в тоне, можно уже различить отдельные реплики. И они далеко не обнадёживают.

Дженни ломается, превращается в Джейн. Джейн готова сбросить нити со своих пальцев и самолично приклеить себя к новым — но лишь при условии, что ей будет управлять кто-то, кто сильнее её, чьей власти она бы покорилась с грацией дикой кошки.

А собственная власть ей уже не нужна.

Перо, ссутулившись, уходит прочь от места краха всех надежд.

Превращение человека в инструмент порой происходит удивительно быстро.

Название: Игрушка
Автор: Злостный_флегматик
Фандом: Цена Свободы (Freedom Cost / Price of Freedom)
Размер: ~450 слов
Пейринг/Персонажи: Дом/Джон
Категория: джен?
Жанр: мистика
Рейтинг: G?
Примечание: аллюзия на "1984"

Работа Кукловода, как известно, не только в видной, яркой стороне наблюдения за марионетками. Черновой тыл отличается от фасада. Он — рискованные ночные вылазки из убежища для исправления мелких, но неприятных ошибок, которых Джон пытается не допускать, чтобы не выходить лишний раз в полный чужих скрипов, плача и кромешной густой боли Дом, ведь одна из основных и самых болезненных неприятностей этих вылазок — необходимость снятия маски жестокого маньяка и превращение в прежнего маленького мальчика, испуганного, вздрагивающего при каждом шорохе и скрипе, верящего в мистику — призраков истлевшего прошлого.

Джону, выросшему в этих стенах, порой становится не по себе от подобных мыслей.

Но здесь у стен есть глаза и уши.

Бросать вызов этим всеслышащим и всевидящим соглядатаям — чистое безумие.

Этот вызов оправдался бы года два назад, перед Первым Актом — Кукловод смог бы смеяться в черноусое непроницаемое лицо и не бояться будущего. Джон не может. Джон знает, что слаб, что Дом равнодушно переварит его и выплюнет изломанным трупом — если повезёт, если же не повезёт... об этом лучше не думать.

А иногда слабость эта — совсем другого характера. Когда гнетущее ощущение взгляда (точно намеренно — со спины) вытягивает душу, выматывает нервы, доводит до тихой внутренней истерики.

Дом же это и компенсирует, сочувственно позволяя Джону сползти вниз по стене, внутри которой гулко-галлюцинаторно бьётся сердце. Он не пустит никого в забитый бледной лунной ватой или же наполненный терпким, мягким, почти осязаемым мраком коридор, где съёжилась фигура главного пленника Дома. Не позволит воспользоваться, а может, и убить.

Это только его игрушка, а игрушки надо беречь.

Иначе поломаются.

Название: Мать и дочь
Автор: Злостный_флегматик
Фандом: Цена Свободы (Freedom Cost / Price of Freedom)
Размер: ~550 слов
Пейринг/Персонажи: Джон/фем!Сэм, Джон(/)Кэт
Категория: гет
Жанр: драма
Рейтинг: PG-13
Предупреждения: гендерсвап, горизонтальный инцест, вертикальный пре-инцест, рефлексии, ООС по желанию
Примечание: написано для Джон Фолл на заявку на пейринг

— Сэмми, не вертись!

Сэм показывает ему язык, но всё же возвращается в ту позу, в которой и была: прямая спина, ладошки на коленях. Только миниатюрные ступни в стоптанных туфельках болтаются, не доставая до пола — но это и неважно, Джон не это рисует.

— Сэмми!

Сэм недовольно хмурится. Ей трудно усидеть на одном месте, ей хочется бегать, прыгать и играть. Неужели Джон не может побыстрее?..

Джон открывает краски — блёклую акварель. Он сразу схватывает контур едва намеченного лица, мягко ложатся тени. Капризно поджаты пухлые губки, на нежной и округлой правой щеке — крохотная родинка.

Скрипит входная дверь, из прихожей легко звенит голосок Дженни. Сэмми ёрзает на стуле, торопит Джона:

— Братик, ну пожалуйста! Дженни пришла!

Кисточка скользит по бумаге, оставляя блестящий мокрый след. Слой за слоем — и Сэмми уже как живая, с нетерпеливыми хитрыми глазами. Платьице обозначено еле-еле, почти незаметными бледными штрихами - Джон не успевает закончить работу.

Сэмми срывается с места и бежит навстречу Дженни, громко топая. Джон, удивляясь непонятно откуда взявшемуся раздражению, прикрывает акварель тряпкой, отодвигает мольберт в угол и спешит вслед за Сэмми.

* * *

Кэт позирует так, словно вместо Джона - камера, оглаживающая её тёплыми лучами. Кэт неподвижна в своей холодной красоте; лишь слегка вздымается грудь, и ресницы изредка вспархивают, точно два чёрных испанских веера, встречаясь и сталкиваясь. Кэт смотрит куда-то поверх Джона с механически отлаженной улыбкой, застыв статуей, откинувшейся на цветистые подушки дивана.

Сэмми же, напротив, едва удерживается, чтобы не вскочить и не убежать, шаловливо смеясь. Но Кэт что-то шепчет ей каждый раз, когда Сэм порывается встать — и Сэмми, поджав губки, остаётся на месте.

У неё светлые вьющиеся волосы и вишнёвый росчерк улыбки на точёном, будто фарфоровом личике. Лет через десять она станет настоящей красавицей — такой же, как и её мать.

Сэм и Кэт в эту минуту практически неотличимы; и плевать на тридцать с лишним лет разницы - их черты отражаются друг в друге, как в зеркале, многогранно перекликаясь.

Мать и дочь. Две половинки единого целого.

Джон бездумно водит кисточкой, передавая белому листку своё вожделение.

* * *

Сэмми как будто провоцирует его, прижимаясь невообразимо-тесно, звонко и серебряно хохоча прямо в ухо, шумно и влажно чмокает в щёку, явно копируя Кэт. Она меня просто любит, — повторяет себе снова и снова Джон, пытаясь убедить в этом самого себя. Пытаясь поверить.

Впрочем, гораздо легче поверить в то, что Сэмми не спит гораздо дольше, чем он предполагал. И слышит всё, что происходит на верхнем ярусе кровати.

* * *

Кэт задерживает на Джоне взгляд — и тот холодеет, страшась её догадки. Но Кэт лишь поправляет ему воротник рубашки и легонько прикасается губами к его лбу. Её грудь, скрытая дорожным жакетом и яркой шифоновой блузкой, застёгнутой под самое горло, открывая только тонкие чёрточки ключиц, колыхается едва ли в десяти дюймах от Джона. У Сэмми пока нет груди — но через несколько лет всё изменится, и на её школьной форме появятся вытачки, а декольте кокетливо приоткроется — для кого? Кто будет туда смотреть? Для кого расстегнутся заветные несколько пуговок, отделяющие невинный флирт от секса?

Кэт бросает ещё что-то прощальное — и уходит к вокзалу, покачивая бёдрами, оставляя Джона и Сэм наедине. Сэмми вздёргивает подбородок и лукаво подмигивает.

Джон не выдерживает.

Джон опускается на колени — слишком нескладный, худой и высокий для миниатюрной Сэмми, и целует её в губы, как целовал бы Кэт.

Название: Тёмный мир
Автор: Злостный_флегматик
Фандом: Цена Свободы (Freedom Cost / Price of Freedom)
Размер: ~350 слов
Пейринг/Персонажи: чудище из-под кровати, Кромешник
Категория: джен
Жанр: кроссовер
Рейтинг: G
Примечание 1: кроссовер с "Хранителями Снов"
Примечание 2: написано по хэллоуинской акции 2013 года

В преддверии Хэллоуина в Доме всё вверх тормашками, перепуталось-завертелось: хлопают двери, лопочут скрипучими половицами шаги, напряжённый смех и поддельный ужас слышатся в звуках, что долетают до комнаты Пера.

Чудище сидит там уж несколько дней, сердитое на весь мир. Его замечают, видят — но не обращают внимания. Вот в чём парадокс. Перо, приходя поздно вечером, стягивает кроссовки и зашвыривает ими под кровать. Как-то раз залепил чудищу куда-то туда, где должна была быть голова. И, паскудник, даже не проснулся, когда бука вылез наружу и надрывно стонал. Устал, видимо, от предпраздничной суматохи — только чудищу какое дело?

И Дженни не лучше. Приходит днём, присаживается на истоптанный половик, жалостливо затягивает что-то ласковое и неразборчивое. Ещё и кормить пытается. Вдумайтесь — тыквенными пирожками, символами праздника! Ничего святого для них нет.

Чудищу стыдно признаться самому себе, но ему обидно. На самом деле обидно — ночь древних сил превратили в балаган и цирковое представление. Чудище знает, что такое цирк: из зловонной темноты зверинца было удобно и весело пугать артистов и простаков, забредших за кулисы.

Да, чудище уязвили до глубины сущности — что оно без страха, без преклонения, без искренней веры? Очередной клок тумана, клубящийся во тьме.

Хэллоуин проходит — люди празднуют, пляшут, забавляются.

Им не страшно.

Вскоре Перо ввалится в комнату, запустит кроссовкой, не глядя, и уляжется спать. И ему даже не будут сниться кошмары.

Хорошая ночь.

"Кто это сказал?"

Чудище беспокойно елозит по пыли, оборачивается — и видит тёмный силуэт, темнее самого мрака. Первородная сила растекается от него ледяным осенним ключом, захлёстывает мелкое и бессильное чудище, втягивает в себя. Почти смешная тьма его сливается с настоящей, и вправду страшной.

Растворяясь в этой странной темноте, столь похожей на кровь, что вытекает из слабых людей, чудище предчувствует, что сегодня в Доме и впрямь воцарится ужас.

Название: Её бог
Автор: Злостный_флегматик
Фандом: Цена Свободы (Freedom Cost / Price of Freedom)
Размер: ~300 слов
Пейринг/Персонажи: конопля/Мэтт, упоминается Мэтт/Алиса
Категория: гет
Жанр: пародийный ангст
Рейтинг: G — PG-13
Предупреждения: крэк и флорофилия; острый конфликт, трагический финал (с)

Он приходит к ней часто — посидеть, помолчать, подумать. Он бессознательно отрывает её листья и мнёт их, разрывает в мелкие клочки. В такие моменты Его лицо кривится злостью, шрам превращается в змею, гибкую, тонкую и тёмную, как тени в коридорах.

А в зимнем саду всегда полумрак, тёплый, приятный. Здесь приглушен свет, лампы разливают его узорчатыми лужицами по щербатому паркету.

Он снова тут, снова пришёл к ней — посидеть, помолчать, подумать. Она еле слышно шелестит зубчатыми листьями, уворачиваясь от безжалостной руки. Впрочем, принимать пытку от Него — в радость. Его движения, жёсткие и грубые, повергают её в какое-то волнующее пьяное веселье. В Его глазах матово переливается тьма.

Она бы приняла от Него и смерть.

В кармане Его брюк едва различимо блестит что-то. Тусклые лучи слабых ламп пляшут и безмолвно застывают на серебристой глади и маленьком колёсике.

Всего одного Его движения достаточно, чтобы достать эту серебряную, глянцевито сверкающую смерть и разжечь огонь, опасный, смертоносный. Всего лишь миг — и пламя затанцует на ней стройной дьяволицей, больно жалящей тех, кто захочет её обнять.

У Него тоже есть дьяволица. В красном платье и с ярко-красными губами, которыми она осмеливается целовать Его, с красным горячим нутром, которым она принимает Его в себя. Эта дьяволица отнимает её бога у неё.

А она никогда не сможет стать для Него дьяволицей. Или хотя бы той, на кого Он хоть раз посмотрит.

Она не смеет ничего желать, она слишком низка, она недостойна Его. Но что-то внутри щекочется, зудит и жарко толкает, изнемогая от желания сгореть. Сгореть для Него. Она хотела бы поселить в его мрачных глазах осколки света, пусть мелкие и хрупкие. Никто не заслуживает такой тьмы. Тем более — её Бог.

Его пальцы скользят по гладкой серебряной смерти. Звонко, назойливо чиркает колёсико.

Она пылает.

Она пылает, съёживается, чернеет, исходит сизовато-голубой шагренью дыма. Её первый и последний танец — в объятиях ада, на глазах у бога. Её бога.

Она сгорает и видит в его взгляде разноцветные, бешеные искры веселья.

Название: Лето
Автор: Злостный_флегматик
Фандом: Цена Свободы (Freedom Cost / Price of Freedom)
Размер: 250 слов
Пейринг/Персонажи: одушевлённое Проклятие
Категория: джен
Жанр: драма
Рейтинг: G — PG-13
Предупреждения: неканонная мистика
Примечание: писалось на конкурс в соо NON-traditional freedomcost. Тема №2: Лето в Доме

Проклятью холодно.

Проклятье мечется по старому дому, пытаясь согреться. Проклятье ныряет в багровые провалы ада, в зловонные жаркие испарения. Это не спасает — и Проклятье вновь летит сгустком злобы в поисках тепла.

Живые, горячие не замечают Проклятья. Живые видят призраков, но не видят теней, а Проклятье — самая тёмная изо всех теней. Самая холодная и страшная.

Живые разбрасываются теплом так бездумно. Оно выходит из них матовым сиянием и растворяется в тумане. Если бы взять душу одного из них и окутать слабеющее тело, можно было бы согреться, утолить эту странную жажду — но нельзя. Они все должны выжить, иначе и само Проклятье разорвётся на куски.

Проклятье стелется вдоль окон. Будь оно живым существом со своим собственным телом, оно прижалось бы к стеклу и расковыривало бы замазку и намертво прибитые гвозди досок. За окном кипит лето, знойное, изжелта-белое: ослепительное синее небо, изумрудные громады деревьев, палевые ленты брошенных в пыль дорог и разноцветные, сверкающие, будто россыпь драгоценных камней, луга. Клевер, вереск, медуница, шалфей, лён — всё дышит жаром, лихорадочным, прекрасным.

Проклятье хочет впустить лето внутрь и сгореть в его лучах. Проклятье день изо дня точит злобой и руками одного из сошедших с ума обитателей Дома прохудившийся участок крыши, пытаясь достучаться до солнца и искорёжить палящим светом мертвенно-зеленоватую прохладу Дома.

И добивается наконец своей цели.

Лето вползает в щель крыши, липкое, жирное, оставляет маслянистые пятна везде, где прикасается. Проклятье жмётся к нему, стараясь не упустить ни крохотной толики драгоценного тепла, что расходится волнами от шафранного мерзкого сгустка.

Дом искажает всё, что попадает в него.

И лето — не исключение.

Название: Извращения
Автор: Злостный_флегматик
Фандом: Цена Свободы (Freedom Cost / Price of Freedom)
Размер: 460 слов
Пейринг/Персонажи: Нэт/фем!Джек, Джим(/)фем!Джек
Категория: фем, гет
Жанр: драма
Рейтинг: PG-13
Предупреждения: гендерсвап, антиканон, возможен ООС, горизонтальный инцест
Примечание: писалось на конкурс в соо NON-traditional freedomcost, тема №4: новые персонажи. По итогам анонимного голосования фик занял 2 место.

Это начинается слишком плохо, слишком наигранно-драматично — так начинаются плохие любовные романы. Но ни Нэт, ни Джеки — обе неженственные, с короткой стрижкой и резкой речью, — не похожи на героинь книг в мягких пёстрых обложках.

Правда, суть та же.

Бросишь взгляд не туда, всмотришься внимательнее и окажешься прозорливей, чем следовало бы — увидишь, как Нэт предупредительно сжимает плечо Джеки, как сталкиваются их непроизнесённые мысли и как неощутимая теплота близости окутывает их, где бы они ни появились вместе.

Впрочем, они не особенно и скрывают.

Нэт старше и опытней, наверняка в их паре ведёт она; а Джеки, столько лет ищущая себя в странных компаниях и странных идеалах, прямолинейная и несгибаемая Джеки подчиняется ей — и с видимым удовольствием. Нэт ещё и выше — на полголовы, не такая уж и существенная разница. Но когда Джеки вздёргивает подбородок и смотрит Нэт в глаза, дерзко и зазывно — взъерошенная, как воробышек, с беззащитно открытой шеей, лишённой кадыка — от этого больно щемит в груди.

Стоит повторять себе раз за разом: это ошибки молодости. Это пройдёт — просто Нэт даёт Джеки то, что ей нужно сейчас. Об этом говорят книги в мягких пёстрых обложках — нет, совсем не те, в которых нереальная любовь и героини тоже нереальные; но что-то общее всё же есть.

Гомосексуализм — вовсе не расстройство психики, как говорят книги в пёстрых и мягких обложках. Это всего лишь иная стадия дружбы — некоторые добавляют ещё и "извращённая"; а у женщин всё это слито воедино так, что и не разберёшься.

У Джеки всё пройдёт. Обязательно.

Правда, порой книги в пёстрых мягких обложках говорят совсем уж неприятные вещи. Например, про то, что тяга к собственной сестре — извращение и расстройство.

На дворе двадцатый век, а на подступах — двадцать первый. Гомосексуализм уже давно принят обществом; принятие других вещей, что ещё пару веков тому назад считались незаконными и аморальными, как нормы поведения — или, по крайней мере, чем-то, не вызывающим отвращения у большинства, не за горами.

Но у Джеки всё пройдёт, что бы это ни было — расстройство ли, заблуждение; а у Джима это не пройдёт никогда: слишком глубоко запустило корни это иррациональное влечение.

Нэт только смеётся неуместным и порой неуклюжим знакам внимания. Лучше было бы не оказывать их вовсе — но тогда они взорвались бы прямо внутри безжалостным фугасом, разнеся всё на осколки, вспоров живот и брызнув в стороны белоснежными осколками рёбер.

— Да ладно вам, док, — дёргает Нэт уголком рта, приглаживая пятернёй взлохмаченный затылок. — Вы ж знаете, я по девочкам.

Джеки нагло хохочет ему в лицо, как будто видела пометки и "ноты бене" на полях книг в мягких пёстрых обложках. Джеки притягивает к себе Нэт — и они целуются, насмешливо, напоказ, Нэт запускает пальцы в волосы Джеки, оглаживает хрупкую цепочку позвонков на шее. Джеки выгибается у неё в руках и отрывается от неё только чтобы потянуть за собой в подвал. Динамики чуть растерянно пытаются язвить. Джим закрывает очередную книгу в мягкой пёстрой обложке — возможно, навсегда.

Это проходит. Это обязательно пройдёт.

@темы: G, PG-13, Цена Свободы, гет, джен, драбблы, фемслеш, фики